Виктор Тауск (1879–1919) — словацкий юрист и журналист, один из ярчайших учеников Фрейда, чья жизнь была трагически короткой. Презрев все условности, он отправился в Вену в 1907 году, чтобы учиться у своего кумира. Основной поддержкой для него стала Лу Андреас-Саломе, которая описала его как «брата-зверя», ведущего страшную внутреннюю борьбу.
Нарциссическая структура отношений
Отношения между Тауском и Фрейдом развивались по классическому нарциссическому сценарию. Тауск не просто был верным учеником, он буквально был одержим своих учителем, стремясь стать его идеальным двойником. Чувство самоидентификации с Фрейдом размывало границы между их личностями. Однако, как всегда, ситуация имела свою обратную сторону. Его стремление занять место «сына» у «отца» оборачивалось амбивалентными чувствами: любви к Фрейду и ненависти к самому факту, что он был лишь продолжением этого авторитарного образа.
Г. Розенфельд выделил группу нарциссических пациентов, для которых агрессия и либидо смешиваются в нечто грандиозное — ярость, вызванная тем, что идеал недостижим. За яркостью отношений скрывалась ненависть к отцу-тирану, что делало сердце человека острее и его стремление к слиянию с идеалом — безумным.
Проективная идентификация и отношения с Фрейдом
Фрейд довольно быстро понял, какую опасность представлял себе Тауск и отказал ему в личном анализе, чем подлил масла в огонь амбивалентных чувств. Вместо этого он направил Тауска к своей ученице Хелен Дойч. Однако это решение оказалось роковым для Виктора. Тауск проецировал свою ненависть на Дойч, а она, будучи в переносе к Фрейду, передавала это послание дальше. Фрейд воспринял это как вторжение в свое психическое пространство, как «дурное влияние».
Финальный акт и триумф злокачественного нарциссизма
В результате этого психологического конфликта анализ Тауска был остановлен. Для него, как для нарциссического пациента, это был окончательный приговор. Столкнувшись с непереносимой реальностью, Виктор покончил с собой 3 июля 1919 года, используя двойной метод: повесившись и выстрелив в висок. Эта символика была многозначной: петля напоминала о материнской фигуре, тогда как выстрел — об отце. В момент своей смерти он окончательно уничтожил и ненавистного, и любимого отца, став частью мифа о Фрейде.
Фрейд, узнав о его смерти, почувствовал облегчение. Угроза, которую представлял Тауск, исчезла, и двойник, который постоянно боролся с призраком отца, больше не существовал. Это служит напоминанием о том, как близкие отношения в психоанализе могут разрушать символическое пространство.
